Занавеска кухни отдернулась, и вошла джагайни Феллона. Это была высокая, хорошо сложенная кришнанка, привлекательная по меркам Кришнана. Ее отношения с Феллоном были чем-то средним между экономкой и женой.

Балхибцы не признавали брака, считая его неприемлемым для такой воинственной расы, какой они были несколькими столетиями раньше. Женщина жила с одним из своих братьев, и ее через определенные промежутки времени посещал джагайн-возлюбленный. Их отношения были временными и могли прекратиться по желанию любого из них. Брат обычно воспитывал и детей сестры. Поэтому хотя у остальных народов планеты ребенок наследовал имя отца, у балхибцев он назывался по имени дяди с материнской стороны, который воспитывал его. Полное имя Гази было Гази эр-Доукх, то есть Гази, племянница Доукха. Женщина, которая, подобно Гази, действительно жила со своим джагайном, считалась несчастной и деклассированной.

Феллон, глядя на Гази, размышлял, прав ли он был, выбрав Кришнан полем своей внеземной деятельности. Не убраться ли и ему отсюда? Она его не задержит. Впрочем, она хорошо готовит, она вообще нравилась ему...

Феллон протянул ей один из кубков. Она взяла его, сказав:

– Спасибо, но ты истратил на это наши последние деньги.

Феллон снял с пояса, висевшего на вешалке, кошелек и набрал полную горсть золотых монет, полученных им от Квейса. Гази удивленно раскрыла глаза; рука ее потянулась к монетам. Феллон, смеясь, уложил монеты обратно, потом протянул ей две десятикардовые монеты.

– Этого хватит на ближайшее время, – сказал он. – Понадобится еще, скажешь.

– Бакхан, – пробормотала она, садясь в кресло и прихлебывая квад. – Поскольку я знаю тебя, я не спрашиваю, откуда эти деньги.

– Ты права, – весело ответил он. – Я ни с кем не обсуждаю свои дела. Именно поэтому я до сих пор жив еще.

– Ручаюсь, что это подлые и низкие дела.

– Они нас кормят. Что на обед?

– Котлеты из унха с бадром, а на десерт тунест. Твои таинственные дела на сегодня кончены?